Нам предложил cooperation.

И техника прошлась парадом,

Взрывая почву и рыхля:

Мы артиллерией и «Градом»

Вспахали мирные поля!

ХИЛЬ-РОБЛЕС (смущенный):

Пусть так. Но видел я не дале,

Как день назад, вблизи Шали:

Чеченца к танку привязали

И вслед за танком волокли!

СЕРГЕЙ ЯСТРЖЕМБСКИЙ:

Мой друг! Довольно провокаций.

Какая свалка в голове!

Вы начитались публикаций

И насмотрелись НТВ.

В борьбе с чеченским бездорожьем

Мы не жалеем наших сил.

Ну, привязали. Ну, положим.

Так он же сам и попросил!

Ему бы до родного братца

В село желательно добраться:

Машина вязнет – глинозем...

Нас попросили – мы везем!

ХИЛЬ-РОБЛЕС (потрясенный):

О да, о да... Ведь тут разруха...

Но мне почудилось слегка —

Один солдат отрезал ухо

У пленного боевика...

ИГОРЬ ИВАНОВ:

О друг мой, сколько вам наврали!

Как журналисты нам вредят!

Не порицанья, а медали

Достоин добрый сей солдат:

Чеченец, жертва золотухи,

Имел нарыв на этом ухе!

Отрезав ухо, наш Ахилл

Гангрену тем предотвратил!

ХИЛЬ-РОБЛЕС:

Да, вы ни в чем не виноваты,

Но мне бы фильтры посмотреть:

Мне говорят, что там солдаты

Чеченцев заставляли петь!

СЕРГЕЙ ЯСТРЖЕМБСКИЙ:

Во врут-то, гады! Вот пурга-то!

Да тут чеченский весь народ

При виде русского солдата

Луженым голосом поет:

«Ура, ура! Ликуют детки!

Пришел на родину покой!»

ХИЛЬ-РОБЛЕС (робко):

А это... кто висит на ветке?

ВЛАДИМИР КАЛАМАНОВ (дружески):

А... это слива. Сорт такой.

НАКАЗАННОЕ КОРЫСТОЛЮБИЕ, ИЛИ БЛУДНЫЙ ОТЕЦ

Нравоучительная драма XVIII века

Декабрь 2000

ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА: